Судебная практика в отношении военнослужащих

 

ОБЗОР

СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛ ПО ЖАЛОБАМ

ВОЕННОСЛУЖАЩИХ НА ДЕЙСТВИЯ И РЕШЕНИЯ ОРГАНОВ ВОЕННОГО

УПРАВЛЕНИЯ И ВОИНСКИХ ДОЛЖНОСТНЫХ ЛИЦ

 

Настоящий обзор подготовлен на основании обзоров и справок окружных и флотских военных судов, а также практики Военной коллегии Верховного Суда Российской Федерации за 1999 год.

В 1999 году был принят Федеральный конституционный закон "О военных судах Российской Федерации", утверждено Положение о порядке прохождения военной службы, Пленум Верховного Суда Российской Федерации принял постановление No. 9 от 14 февраля 2000 г. "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих", что требует определенной корректировки судебной практики военных судов по гражданским делам.

В обзоре на основе анализа судебной практики военных судов и Военной коллегии даются некоторые рекомендации по применению новых положений закона, а также приведены статистические данные о работе военных судов по рассмотрению дел указанной категории в 1999 году, проанализированы ошибки, допущенные судами при рассмотрении дел, и отдельные спорные вопросы, возникшие в судебной практике.

 

СТАТИСТИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ О РАССМОТРЕНИИ СУДАМИ ЖАЛОБ

 

В 1999 году продолжался рост количества поступающих в суды жалоб военнослужащих на действия органов военного управления и воинских должностных лиц.

Всего военными судами в анализируемом периоде рассмотрено 47415 таких жалоб.

Динамика этого процесса показана ниже.

 

    Год     Количество жалоб

    1993         3000

    1994        13501

    1995         5500

    1996         7294

    1997        21509

    1998        43609

    1999        47415

 

Как свидетельствуют статистические данные, подавляющее число рассмотренных жалоб судами удовлетворено.

Результаты рассмотрения военными судами жалоб военнослужащих МО РФ:

- отказано в удовлетворении жалоб - 5%;

- жалобы удовлетворены - 88%;

- иные решения - 7%.

По категориям поступившие в суды жалобы делятся следующим образом:

- назначение (снижение) в должности - 0,197%;

- несвоевременное присвоение воинского звания - 0,007%;

- перевод (отказ в переводе) по службе - 0,161%;

- снижение (лишение) воинского звания - 0,005%;

- иные жалобы - 1,598%;

- жилищные споры - 2,026%;

- иные жалобы по службе - 3,214%;

- увольнение (отказ в увольнении) с военной службы - 7,132%;

- нарушение условий контракта - 1,485%;

- необоснованное привлечение к материальной ответственности - 0,559%;

- необеспечение положенными видами довольствия - 83,617%.

 

Данные о количестве рассмотренных жалоб

по окружным и флотским военным судам

 

───────────────────────────────────────────────┬──────────────────

               Название суда                   │ Количество жалоб

───────────────────────────────────────────────┼──────────────────

 Дальневосточный окружной военный суд          │      4384

 Восточно - Сибирский окружной военной суд     │       798

 Ленинградский окружной военный суд            │      4983

 Московский окружной военный суд               │     10047

 4-й окружной военный суд                      │       585

 Приволжский окружной военный суд              │      2690

 Западно - Сибирский окружной военный суд      │      1443

 Северо - Кавказский окружной военный суд      │      2175

 Уральский окружной военный суд                │       961

 Балтийский флотский военный суд               │      2720

 Северный флотский военный суд                 │      5497

 Тихоокеанский флотский военный суд            │      4145

 3-й окружной военный суд                      │      6987

───────────────────────────────────────────────┴──────────────────

 

I

 

ВОПРОСЫ ПОДСУДНОСТИ И ПОРЯДКА РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛ

 

С принятием Федерального конституционного закона "О военных судах Российской Федерации" подсудность гражданских дел военным судам расширена: наряду с жалобами на действия органов военного управления и воинских должностных лиц на военные суды возложено также рассмотрение исков о защите прав военнослужащих.

Критерии, которыми необходимо руководствоваться при решении вопроса о порядке рассмотрения дела, указаны в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих".

Окружным и флотским военным судам при установлении ошибок нижестоящих судов в определении того, в каком процессуальном порядке - исковом или предусмотренном главой 24(1) ГПК РСФСР - должны были быть рассмотрены требования военнослужащего, следует прежде всего проверять существо принятого решения и учитывать положения ч. 2 ст. 306 ГПК РСФСР о том, что не может быть отменено правильное по существу решение суда по одним лишь формальным соображениям.

 

Необоснованная передача жалобы из военного в районный суд.

Военным судом - войсковая часть 97697 - была допущена ошибка при рассмотрении жалобы Архипова по поводу досрочного увольнения в запас за совершение проступка, порочащего честь военнослужащего: суд, приняв жалобу к производству с соблюдением правил подсудности, в дальнейшем по ходатайству заявителя передал ее для рассмотрения в районный суд в связи с нахождением там большинства доказательств.

Военный суд - войсковая часть 16666 - обоснованно отменил это решение суда первой инстанции. Данное дело подсудно военному суду, а согласно ст. 122, ч. 1 ГПК РСФСР, дело, принятое судом к производству с соблюдением правил подсудности, должно быть разрешено им по существу.

В соответствии с определением Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 1998 г. по жалобе Генина пункт 1 части 2 статьи 122 ГПК РСФСР о возможности передачи дела на рассмотрение другого суда по мотивам нахождения в том месте большинства доказательств признан не соответствующим Конституции РФ.

Ходатайство Архипова в данном случае не могло служить поводом для принятия указанного решения, поскольку по смыслу ст. 118 ГПК РСФСР, обратившись с жалобой в военный суд, он утратил право на обращение с этими же требованиями в другой суд.

 

Необоснованный отказ в принятии жалобы по мотивам недостаточности представленных доказательств.

Заместитель председателя военного суда Курского гарнизона отказал Стригункову в принятии его жалобы по поводу неправильного исчисления сроков военной службы в связи с тем, что представленных заявителем доказательств недостаточно для вывода о нарушениях закона со стороны командования.

Московский окружной военный суд правильно расценил решение судьи как незаконное. Отменяя определение и направляя жалобу на новое рассмотрение в тот же суд со стадии принятия ее к производству, суд второй инстанции указал, что отказ в принятии жалобы по мотивам отсутствия нарушения норм материального права противоречит требованиям ч. 1 ст. 46 Конституции РФ, а также статьям 3 и 4 ГПК РСФСР.

Стригунков обратился в суд с жалобой в порядке главы 24(1) ГПК РСФСР, поэтому он в силу ст. 6 Закона РФ "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" освобождается от обязанности доказывать незаконность обжалуемых действий, а обязан доказать факт нарушения своих прав и свобод. Кроме того, в силу ст. 129 ГПК РСФСР недостаточность представленных доказательств вообще не является основанием для отказа судьи в принятии жалобы.

 

Общественное объединение для осуществления уставных целей имеет право представлять и защищать как свои права, так и права и законные интересы других граждан в органах государственной власти, органах местного управления и общественных объединениях.

Общероссийское политическое движение "В поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки" обратилось в военный суд Московского гарнизона с заявлением в защиту интересов нескольких военнослужащих, в котором обжаловались действия Министра обороны РФ и ряда других воинских должностных лиц.

Суд отказал названному движению в принятии заявления со ссылкой на ст. 129 ГПК РСФСР, мотивируя отказ в основном тем, что заявление от имени заинтересованного лица подано лицом, не имеющим полномочий на ведение дела.

Военный суд Московского военного округа решение суда первой инстанции оставил без изменения.

Председателем Военной коллегии на указанные судебные решения принесен протест, в котором ставился вопрос об их отмене в связи с нарушением норм процессуального права.

Ссылаясь на требования ст. 42 ГПК РСФСР, согласно которым общественные организации могут обращаться в суд с заявлением в защиту прав и охраняемых законом интересов других лиц лишь в случаях, предусмотренных законом, военный суд гарнизона в своем решении указал, что Федеральный закон "Об общественных объединениях" и Закон РФ "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" не предусматривают возможности общественным организациям обращаться в суд в защиту прав военнослужащих.

Данная позиция суда, указывалось в протесте, является несостоятельной, поскольку согласно положению, содержащемуся в ч. 5 ст. 27 Федерального закона "Об общественных объединениях", для осуществления уставных целей общественное объединение имеет право представлять и защищать как свои права, так и права и законные интересы других граждан в органах государственной власти, органах местного управления и общественных объединениях.

С учетом данной нормы Закона суду следовало истребовать Устав названного выше общероссийского движения для уточнения его целей, после чего решить вопрос о приеме заявления или об отказе.

Военная коллегия согласилась с протестом, отменила состоявшиеся по делу судебные решения и материалы с заявлением направила на новое рассмотрение в тот же военный суд гарнизона (1н-59/99).

 

Действия органов предварительного следствия, выразившиеся в избрании меры пресечения, отстранении от должности, производстве обыска, а также постановление об отказе в возбуждении уголовного дела могут быть обжалованы заинтересованным лицом в суд, и такая жалоба должна рассматриваться судом в порядке, предусмотренном УПК РСФСР.

Новиков обжаловал действия органов предварительного следствия, выразившиеся в избрании в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде, вынесении постановления об отстранении его от должности и производстве обыска.

Военный суд - войсковая часть 74039, рассмотрев жалобу Новикова в порядке, предусмотренном главой 24(1) ГПК РСФСР, признал действия органов следствия законными и отказал в ее удовлетворении.

Военный суд Балтийского флота это решение отменил и производство по делу прекратил, сославшись на требования ст. 239(3) ГПК РСФСР, согласно которым не могут быть обжалованы индивидуальные и нормативные акты, в отношении которых законом предусмотрен иной порядок судебного обжалования. По мнению военного суда флота, жалобы на действия органов дознания и следствия, в соответствии со ст. 218 УПК РСФСР, подаются прокурору. Уголовно - процессуальный закон предусматривает исчерпывающий перечень обжалуемых в суд действий органов предварительного следствия, поэтому жалоба Новикова ошибочно принята к производству суда, - она подлежала разрешению в рамках уголовного дела в порядке, предусмотренном УПК РСФСР.

В протесте председателя Военной коллегии ставился вопрос об отмене определения военного суда флота и направлении дела на новое рассмотрение в кассационном порядке по следующим основаниям.

Согласно требованиям ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод и обеспечивается право обжаловать в суд решения и действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц.

В постановлениях Конституционного Суда РФ от 3 мая 1995 г. No. 4-П и от 2 июля 1998 г. No. 20-П указано, что это право вытекает также из закрепленного в ст. 21 Конституции РФ принципа охраны достоинства личности, предполагающего, в частности, обязанность государства обеспечивать каждому возможность отстаивать свои права в споре с любыми органами и должностными лицами, в т.ч. осуществляющими предварительное расследование по уголовным делам.

Действительно, ст. 218 УПК РСФСР предполагает подачу жалобы на действия следователя лишь прокурору и не предусматривает специального судебного порядка обжалования действий следователя. Однако положения ч. 1 ст. 218 УПК РСФСР Конституционным Судом РФ в постановлении от 23 марта 1999 г. No. 5-П признаны не соответствующими Конституции РФ, поскольку они, по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, исключают в ходе предварительного расследования для заинтересованных лиц, конституционные права которых нарушены, возможность судебного обжалования действий и решений органов дознания, следователя или прокурора, связанных в том числе с производством обыска. Поэтому обращение Новикова в суд с жалобой за судебной защитой своих прав следует признать правомерным.

Вопрос о соблюдении судом первой инстанции порядка разрешения данной жалобы при рассмотрении дела в кассационном порядке не исследовался, хотя по смыслу закона она подлежала разрешению по правилам не гражданского, а уголовного судопроизводства.

Военная коллегия, исходя из постановлений Конституционного Суда РФ по данной проблеме, согласилась с протестом и отменила определение военного суда Балтийского флота, а дело направила в этот же суд на новое рассмотрение в кассационном порядке (5н-183/99).

При разрешении аналогичной проблемы по делу Эзрохи правильную позицию занял военный суд Московского военного округа.

Эзроха обжаловал в военный суд Люберецкого гарнизона постановление военного прокурора об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Ч. Судья, проверив материалы жалобы в порядке гражданского судопроизводства, признал постановление прокурора законным и обоснованным.

Вместе с тем, в соответствии с п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 1993 года No. 10 не могут быть обжалованы в суд в порядке, предусмотренном Законом РФ "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" действия следователя или прокурора, в отношении которых уголовно - процессуальным законом установлен иной порядок обжалования.

В п. 2 постановления Конституционного Суда РФ от 13 ноября 1995 года No. 13-П разъясняется, что с учетом положения ст. 46 Конституции РФ, жалобы на процессуальные документы, постановленные органами предварительного расследования, должны рассматриваться в порядке, установленном уголовно - процессуальным законодательством для судебной проверки действий и решений органов дознания, следователей и прокуроров.

Такой порядок обжалования установлен главой 19 УПК РСФСР, однако он не был применен судьей при рассмотрении жалобы Эзрохи.

Рассмотрев дело в кассационном порядке, военный суд округа обоснованно отменил постановление судьи, а материалы по жалобе направил в тот же суд для разрешения по существу в порядке уголовного судопроизводства.

 

II

 

ИСКОВАЯ ДАВНОСТЬ, СРОКИ ОБЖАЛОВАНИЯ

 

В соответствии с п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих" жалобы военнослужащих на неправомерные действия воинских должностных лиц и органов военного управления, содержащие требования о защите нарушенного права, должны приниматься судом к рассмотрению независимо от истечения установленного законом трехмесячного срока для обращения в суд. Истечение срока на обращение в суд, о котором заявлено лицом, чьи действия обжалуются, является основанием к вынесению судом решения об отказе в удовлетворении жалобы, если отсутствуют уважительные причины пропуска этого срока.

Как видно из представленных в Военную коллегию обзоров и справок, в военных судах сложилась правильная практика решения вопросов о сроках на обращение в суд. Однако нарушения судами требований закона о порядке рассмотрения жалоб, поданных с пропуском установленного срока, все еще встречаются. В связи с этим необходимо учитывать следующее.

По смыслу закона суд должен принимать к своему производству на общих основаниях жалобы, поданные с пропуском установленных статьей 239(5) ГПК РСФСР сроков.

В случае подачи жалобы с пропуском указанных сроков в ходе досудебной подготовки, наряду с другими вопросами, предусмотренными ст. 142 ГПК РСФСР, заявителю следует предложить представить необходимые доказательства, свидетельствующие о причинах пропуска срока на обжалование.

В судебном заседании жалоба рассматривается в порядке, предусмотренном ГПК РСФСР, и, если ответчик до вынесения решения (в любой стадии процесса до судебных прений) не заявит о пропуске заявителем указанного срока, суд выносит решение по существу жалобы без обсуждения вопроса о восстановлении срока на обращение в суд, поскольку не вправе делать это по своей инициативе.

Если же ответчик заявит о применении исковой давности, суд исследует обстоятельства, касающиеся причин пропуска срока на обжалование, и обсуждает вопрос о возможности его восстановления. При положительном решении данного вопроса суд должен указать в решении мотивы, по которым причины пропуска срока признаны уважительными, и разрешить жалобу по существу.

В случае отказа в восстановлении пропущенного срока суд, указав в решении мотивы, по которым причины пропуска срока признаны неуважительными, отказывает в удовлетворении жалобы в связи с пропуском срока на обращение в суд, даже если содержащиеся в жалобе требования заявителя правомерны.

 

Правильное решение принято военным судом Дальневосточного военного округа по делу офицера Сердцева, который обжаловал в суд отказ командования возместить ему командировочные расходы по установленным нормам.

Сердцев, прибыв из командировки в январе 1998 года, подал рапорт и представил в финансовую службу все необходимые документы для производства с ним расчета, однако вопрос с выдачей ему денег постоянно откладывался под различными предлогами вплоть до увольнения заявителя с военной службы в августе 1998 года. При этом никто из должностных лиц не ставил под сомнение право Сердцева на получение указанной компенсации, но реально деньги ему не выплатили и при расчете в связи с увольнением, после чего в сентябре того же года он подал жалобу в суд.

Военный суд Уссурийского гарнизона отказал в удовлетворении жалобы в связи с пропуском заявителем срока на обжалование.

Данный вывод суда первой инстанции при рассмотрении дела в кассационном порядке признан ошибочным. Как правильно указал в определении военный суд округа, жалоба была подана в пределах установленного законом трехмесячного срока, поскольку заявитель вплоть до увольнения с военной службы пытался решить вопрос с оплатой командировочных расходов и, учитывая постоянные обещания должностных лиц разобраться с этими выплатами, вполне мог рассчитывать на их получение во внесудебном порядке до увольнения в запас. Моментом, когда военнослужащий узнал о нарушении его прав, в данном случае является дата производства с ним расчета при увольнении.

 

III

 

ВОПРОСЫ, СВЯЗАННЫЕ С ПОРЯДКОМ ПРОХОЖДЕНИЯ ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ И

ОБЕСПЕЧЕНИЕМ ЛЬГОТ И ПРЕИМУЩЕСТВ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ

 

Привлечение к дисциплинарной ответственности

 

Вопрос о соответствии наложенного дисциплинарного взыскания тяжести совершенного проступка и степени вины военнослужащего может быть предметом судебного рассмотрения.

Капитан Наумов обратился в военный суд - войсковая часть 63028 с жалобой на действия начальника Серпуховского военного института Ракетных войск, в которой, наряду с другими требованиями, просил признать незаконным наложение на него дисциплинарного взыскания в виде предупреждения о неполном служебном соответствии в связи с чрезмерной строгостью.

Суд первой инстанции по этому вопросу в решении указал, что определение соответствия наложенного взыскания тяжести проступка и степени вины военнослужащего в компетенцию суда на входит. Военный суд - войсковая часть 16666 - оставил это решение без изменения.

Такой вывод судов первой и второй инстанций является ошибочным, в связи с чем дело пересмотрено в порядке надзора Военной коллегией по протесту ее председателя.

В соответствии со ст. 2 Конституции РФ права и свободы гражданина являются высшей ценностью, а их судебная защита, согласно ст. 46 Конституции РФ, гарантируется каждому гражданину. В соответствии со ст. 109 Дисциплинарного устава ВС РФ, ст. 21 Закона РФ "О статусе военнослужащих", а также ст. 4 Закона РФ "Об обжаловании в суд решений и действий, нарушающих права и свободы граждан" военнослужащий вправе обратиться в суд с жалобой на действия воинских должностных лиц. При этом в законе отмечается, что в суд могут быть обжалованы действия, в результате которых гражданин незаконно привлечен к какой-либо ответственности.

При наложении дисциплинарного взыскания на военнослужащего затрагиваются его права и свободы, а поэтому законность и обоснованность привлечения к дисциплинарной ответственности может быть предметом рассмотрения в суде.

По данному делу начальник Серпуховского военного института, принимая решение о наложении взыскания, исходил из того, что Наумов убыл за пределы гарнизона без его разрешения, а это является нарушением ст. 243 Устава внутренней службы ВС РФ.

Вместе с тем, применяемые к виновному меры воздействия должны соответствовать требованиям Дисциплинарного устава ВС РФ. Согласно ст. 48 этого Устава налагаемое взыскание должно соответствовать тяжести совершенного проступка и степени вины, установленной командиром в результате проведенного разбирательства. В соответствии со ст. 87 ДУ ВС РФ при определении вида дисциплинарного взыскания принимаются во внимание: характер проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, его последствия, прежнее поведение виновного и др., что не было сделано начальником института.

Из дела видно, что основанием для убытия Наумова из гарнизона послужила судебная повестка из военного суда, обязывающая Наумова в качестве представителя своих сослуживцев явиться 18 декабря 1998 г. на судебное заседание в г. Москву. Наумов, получив повестку 15 декабря 1998 г., на следующий день доложил о необходимости участвовать в суде своему непосредственному начальнику - Сорокину, который в свою очередь доложил начальнику кафедры. Данный факт установлен в судебном заседании. Никто из вышеперечисленных должностных лиц не возражал против убытия Наумова в Москву. Более того, Сорокин пояснил, что после его доклада начальнику кафедры о намерениях Наумова, тот сказал "хорошо". Таким образом, непосредственным начальникам Наумова было известно о предстоящем убытии Наумова за пределы гарнизона, и они не возражали против этого.

Кроме того, на момент совершения этого проступка Наумов дисциплинарных взысканий не имел, также не установлено наступление каких-либо вредных последствий в результате его отъезда. Таким образом, за малозначительный дисциплинарный проступок Наумову было объявлено строгое взыскание, в виде предупреждения о неполном служебном соответствии. Согласно Дисциплинарному уставу ВС РФ оно объявляется военнослужащему один раз за время пребывания им в занимаемой должности и за ним следует снижение в должности либо досрочное увольнение в запас.

Данное взыскание явно несоразмерно с тяжестью содеянного Наумовым и степенью его вины, а потому является несправедливым и признано Военной коллегией незаконным (4н-352/99).

 

Предоставление отпусков

 

Военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, в году увольнения должен быть предоставлен очередной отпуск за этот год по правилам, установленным законодательством о порядке прохождения военной службы, независимо от причин, повлиявших на определение даты исключения их из списков личного состава войсковой части.

В практике некоторых военных судов возник вопрос о праве военнослужащих на очередной отпуск в году увольнения с военной службы, если приказ об увольнении состоялся в прошедшем году, а из списков личного состава военнослужащий исключен в наступившем году, но в этот период служебные обязанности фактически не исполнял (болел, находился в отпуске, ожидал расчета и т.д.).

Позиция Военной коллегии по данной проблеме изложена в определении от 6 октября 1998 года по делу Поварова.

Согласно материалам дела, в сентябре 1996 года командующим войсками округа был издан приказ о досрочном увольнении майора Поварова в запас по ч. 4 ст. 49 Закона РФ "О воинской обязанности и военной службе". В связи с болезнью Поваров не был исключен из списков личного состава части в декабре того же года, как это первоначально предусматривалось соответствующим приказом. В марте 1997 года ему предоставили неиспользованный отпуск за 1996 год с последующим исключением из списков части, а окончательный расчет произвели в апреле 1997 года.

В жалобе, поданной в военный суд Мурманского гарнизона, Поваров просил признать приказ об исключении его из списков части незаконным, предоставить ему время для сдачи должности, отпуск за 1997 год, а также выплатить материальную помощь и денежную компенсацию за санаторно - курортное лечение.

Суд удовлетворил жалобу частично, обязав командира части исключить Поварова из списков личного состава не ранее апреля 1997 года, обеспечив его всеми положенными видами довольствия. Оставляя жалобу в части предоставления отпуска за 1997 год без удовлетворения, суд исходил из того, что заявитель в 1997 году служебные обязанности не исполнял и его должность была принята другим офицером.

Это решение оставлено без изменения военным судом Ленинградского военного округа.

Военная коллегия, рассмотрев дело по протесту ее председателя, пришла к выводу о несоответствии состоявшихся судебных решений закону.

Вывод судов первой и второй инстанций об отсутствии у Поварова права на очередной отпуск в наступившем году противоречит ст. 66 Положения о прохождении воинской службы офицерским составом Вооруженных Сил СССР, объявленного в приказе Министра обороны от 5 апреля 1985 года No. 100, согласно которой днем увольнения лиц офицерского состава с военной службы в запас или в отставку считается день, с которого эти лица в приказе исключены из списков части.

Таким образом, военнослужащий находится на военной службе до дня исключения его из списков части. То, что Поваров не исполнял свои служебные обязанности по уважительным причинам - в связи с болезнью и отпуском, не прекращает его нахождения на военной службе. Поскольку с военной службы Поваров был уволен только в 1997 году, он имел законное право на отпуск за 1997 год.

С учетом этого Военная коллегия отменила состоявшиеся судебные решения и приняла новое, которым обязала командира части предоставить Поварову отпуск за 1997 год со всеми причитающимися за период отпуска выплатами на него и членов его семьи (6н-391/98).

Принятое Военной коллегией решение соответствует и требованиям п. 3 ст. 29 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента РФ от 16 сентября 1999 г. No. 1237, в соответствии с которым военнослужащему в году увольнения с военной службы предоставляется основной отпуск, продолжительность которого исчисляется за период службы с начала календарного года до предполагаемого дня исключения его из списков личного состава воинской части. Однако следует учитывать, что исчисление продолжительности такого отпуска в действовавшем ранее приказе Министра обороны от 5 апреля 1985 года No. 100 было определено иначе.

 

Проезд на транспорте

 

При рассмотрении жалоб военнослужащих, связанных с отказом в оплате им проезда к месту проведения отпуска и обратно по территории стран СНГ, судам необходимо учитывать международно - правовые нормы, содержащиеся в Соглашении между государствами - участниками СНГ от 14 февраля 1992 года "О социальных и правовых гарантиях военнослужащих, лиц, уволенных с военной службы, и членов их семей".

Командование отказало старшему прапорщику Кренцу, ранее проходившему службу на территории Республики Таджикистан, а затем переведенному к новому месту службы в г. Ижевск, в компенсации понесенных расходов на проезд его с женой в очередной отпуск в г. Худжанд Республики Таджикистан и обратно и перевозку личного имущества в двадцатитонном контейнере из г. Худжанда в г. Ижевск. В связи с этим Кренц обратился с жалобой в суд.

Военный суд Ижевского гарнизона удовлетворил требования заявителя и обязал командира войсковой части оплатить стоимость проезда Кренца и его жены к месту проведения очередного отпуска на территории Республики Таджикистан и обратно, а также стоимость перевозки личного имущества в контейнере от станции Худжанд до станции Ижевск.

Военный суд Приволжского военного округа это решение изменил и отказал Кренцу в оплате расходов на проезд и перевозку личного имущества по территории Республики Таджикистан.

По мнению военного суда округа, в соответствии с п. 9 ст. 20 Закона РФ "О статусе военнослужащих" расходы, связанные с перевозкой военнослужащих, возмещаются Министерством обороны РФ в порядке, определенном Правительством Российской Федерации. Постановлением же Правительства РФ No. 806 от 6 июля 1994 г. установлено, что Министерство обороны РФ при реализации льгот, установленных Законом РФ "О статусе военнослужащих" оплату проезда, в том числе и проезда в отпуск, осуществляет только по территории Российской Федерации.

Председателем Военной коллегии принесен протест, в котором ставился вопрос об отмене определения суда второй инстанции по следующим основаниям.

Согласно ст. 1 Соглашения между государствами - участниками Содружества Независимых Государств "О социальных и правовых гарантиях военнослужащих, лиц, уволенных с военной службы, и членов их семей" от 14 февраля 1992 г., которое имеет статус международного договора, за военнослужащими и лицами, уволенными с военной службы, проживающими на территории государств - участников Содружества, а также членами их семей сохраняется уровень прав и льгот, установленных ранее законами и другими нормативными актами бывшего Союза ССР.

В соответствии со ст. 15 Конституции РФ международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Экономический Суд Содружества Независимых Государств в своем решении от 15 апреля 1999 г. No. 01-1/5-98 дал следующее толкование ст. 1 Соглашения: "Статья 1 Соглашения между государствами - участниками Содружества Независимых Государств о социальных и правовых гарантиях военнослужащих, лиц, уволенных с военной службы, и членов их семей содержит договорное условие, согласно которому для лиц, состоявших на день подписания Соглашения - 14 февраля 1992 г. на военной службе, а также членов их семей продолжают действовать нормы законодательства бывшего Союза ССР в части возмещения затрат на проезд к месту проведения отпуска в пределах территории бывшего Союза ССР".

В соответствии со ст. 105 Регламента Экономического Суда Содружества Независимых Государств государство, либо орган или институт Содружества, в отношении которого принято решение коллегии Экономического Суда, обязано его исполнить.

Поскольку старший прапорщик Кренц является военнослужащим, на момент подписания Соглашения между государствами - участниками Содружества Независимых Государств "О социальных и правовых гарантиях военнослужащих, лиц, уволенных с военной службы, и членов их семей" от 14 февраля 1992 г. проходил военную службу в Вооруженных Силах СССР, то на него распространяются все права и льготы, предусмотренные ранее законодательством Союза ССР в отношении военнослужащих, в том числе и в части возмещения затрат на проезд к месту проведения отпуска в пределах территории бывшего Союза ССР.

Рассмотрев дело в порядке надзора, Военная коллегия удовлетворила протест по изложенным в нем основаниям и отменила определение военного суда Приволжского военного округа, оставив в силе решение суда первой инстанции (3н-286/99).

 

Денежные выплаты, возмещение ущерба в связи с их задержками

 

Ненадлежащее финансирование войсковой части не является основанием для отказа в удовлетворении жалобы военнослужащего на действия командования этой части, связанные с невыплатами причитающихся денежных сумм по различным видам довольствия.

Командование части отказало выплатить офицеру Олефиренко денежную компенсацию взамен продовольственного пайка при переводе к новому месту службы.

Поэтому он обратился в суд с жалобой, в которой просил признать действия командования части незаконными и обязать выплатить ему денежную компенсацию в размере задолженности.

Военный суд Волгоградского гарнизона отказал в удовлетворении требований заявителя, поскольку невыплата явилась следствием ненадлежащего финансирования части, а не преднамеренных действий командования.

Военный суд Северо - Кавказского военного округа, согласившись с таким выводом и оставив решение суда первой инстанции без изменения, в своем определении указал, что офицеру не была выплачена денежная компенсация не по вине командования части, а вследствие ненадлежащего ее финансирования со стороны государственных органов.

В протесте председателя Военной коллегии ставился вопрос об отмене судебных решений и принятии нового решения по следующим основаниям.

В Федеральном законе "О статусе военнослужащих" указано, что выплата денежной компенсации взамен положенного продовольственного пайка в размере его стоимости осуществляется по просьбе военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, а обязанность по полному и своевременному производству указанных выплат возлагается на командиров воинских частей, в которых они проходят военную службу или находятся на обеспечении. Каких-либо изъятий из норм указанного Закона не имеется.

Суды, рассматривавшие жалобу Олефиренко, в своих решениях пришли к ошибочному выводу о том, что командованием не совершено неправомерных действий.

Ненадлежащее финансирование не освобождает командование воинской части от обязанности исполнять Федеральный закон и не может быть признано основанием для отказа в удовлетворении законных требований заявителя.

Отказ в удовлетворении жалобы по мотиву равного обеспечения военнослужащих положенными видами довольствия при недостаточном финансировании и большей задолженности перед другими категориями военнослужащих, на что также имелась ссылка в материалах дела, не основан на законе.

По указанным основаниям Военная коллегия отменила состоявшиеся судебные решения и приняла новое решение об удовлетворении жалобы заявителя (5н-255/99).

Позиция Военной коллегии по данному делу соответствует разъяснениям, содержащимся в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих".

 

При разрешении требований заявителей об увеличении подлежащих взысканию сумм в связи с несвоевременным обеспечением денежным довольствием и производством иных выплат судам необходимо руководствоваться нормами Гражданского кодекса РФ о полном возмещении вреда и убытков, а не положениями Закона РСФСР "Об индексации денежных доходов и сбережений граждан в РСФСР".

Наибольшие трудности у судей вызывал вопрос о порядке возмещения военнослужащим вреда, причиненного вследствие невыплат причитающихся им денежных сумм. Судебная практика по таким делам была весьма разнообразной. К типичным ошибкам следует отнести применение судами индексации по правилам, установленным Законом РСФСР "Об индексации денежных доходов и сбережений граждан в РСФСР" и отказ в возмещении ущерба, если речь шла о несвоевременных выплатах других денежных сумм (компенсация за продпаек, материальная помощь и т.п.), а не денежного довольствия. Наибольшее количество таких ошибок допущено военными судами - войсковая часть 16666 и Приволжского военного округа.

В соответствии с п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих" при присуждении ко взысканию в пользу военнослужащего своевременно не выданного ему денежного и иного довольствия, а также других выплат суд должен восстановить нарушенные права заявителя в полном объеме. Поэтому такому военнослужащему должен быть в полном объеме компенсирован понесенный ущерб, в том числе и потери от инфляции. Убытки возмещаются судом по правилам главы 59 ГК РФ, а размер убытков от инфляции может определяться с учетом индекса потребительских цен, рассчитанного государственными органами статистики.

В 1999 году Военной коллегией принято несколько решений, ориентирующих суды на правильное разрешение жалоб указанной категории. Определения по делам Худякова, Беляева и Гончаренко были направлены в суды.

Худяков обжаловал в суд действия командира войсковой части, связанные с невыплатой ему денежного довольствия и денежной компенсации взамен продпайка за несколько месяцев 1998 года. Кроме того, в жалобе ставился вопрос об увеличении подлежащих взысканию сумм с учетом инфляции.

Военный суд Кировского гарнизона, удовлетворив требования заявителя в полном объеме, произвел расчет сумм, подлежащих взысканию, путем применения ко всей сумме задолженности сводного индекса потребительских цен, рассчитанного на момент рассмотрения дела в суде, назвав это индексацией.

Военный суд Приволжского военного округа это решение изменил, снизив размер индексации. При этом военный суд округа в определении указал, что при решении данного вопроса необходимо руководствоваться требованиями ст. 5 Закона РСФСР "Об индексации денежных доходов и сбережений граждан в РСФСР" и применять установленный этой нормой порядок расчетов.

Председателем Военной коллегии на определение суда второй инстанции принесен протест, в котором ставился вопрос о его отмене в связи с неправильным применением норм материального права.

По мнению председателя Военной коллегии, судом ошибочно применены нормы Закона РСФСР "Об индексации денежных доходов и сбережений граждан в РСФСР", которые в данном случае не подлежали применению.

В протесте указывалось, что согласно ст. 239(7) ГПК РСФСР и ст. 7 Закона РФ "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" права гражданина, нарушенные неправомерными действиями государственных органов, подлежат восстановлению в полном объеме. При этом убытки возмещаются в порядке, установленном Гражданским кодексом РФ.

В результате инфляции своевременно невыплаченные Худякову денежные суммы значительно утратили свою покупательную способность. Это снижение покупательной способности неполученных денег также является причиненным заявителю убытком, который в соответствии со ст. ст. 15, 1064 и 1082 ГК РФ должен быть ему полностью компенсирован.

Произведенное же судом второй инстанции изменение решения привело к тому, что нарушенные права Худякова остались не полностью восстановленными.

Рассмотрев дело в порядке надзора, Военная коллегия согласилась с доводами протеста и, кроме того, в своем определении отметила, что, определяя действительный размер причиненных Худякову убытков, суд вправе был руководствоваться сводным индексом потребительских цен, рассчитываемым местными органами государственной статистики, как экономическим показателем, объективно отражающим уровень инфляции в регионе.

Закон РСФСР "Об индексации денежных доходов и сбережений граждан в РСФСР" в данном случае применению не подлежал, поскольку он не регулирует вопросы определения судом размера убытков, подлежащих на момент вынесения решения возмещению гражданам, права которых были нарушены неправомерными действиями должностных лиц и государственных органов.

Из содержания ч. 2 ст. 2 данного Закона, а также соответствующей ей статьи 1091 Гражданского кодекса РФ следует, что указанные нормы регулируют порядок индексации уже взысканных сумм периодических платежей за ущерб, причиненный жизни или здоровью гражданина, или иной аналогичный ущерб на протяжении периода выплаты этих сумм, то есть в процессе исполнения решения о возмещении вреда.

Поэтому суд первой инстанции, придя к верному выводу о том, что в результате нарушения прав со стороны командования Худяков понес материальные потери, при определении их размера на момент вынесения решения ошибочно сослался на Закон РСФСР "Об индексации денежных доходов и сбережений граждан в РСФСР", предусматривающий не полную, а лишь частичную индексацию доходов граждан.

Вместе с тем, принятое судом первой инстанции решение о выплате Худякову задолженности по денежному довольствию и компенсации за продпаек с учетом понесенных заявителем убытков в полном объеме, исчисленных путем увеличения всей суммы задолженности на сводный индекс потребительских цен, рассчитанный органами государственной статистики, по существу является правильным, поэтому Военная коллегия отменила определение военного суда округа, а решение военного суда гарнизона, в соответствии с ч. 2 ст. 330 ГПК РСФСР, оставила в силе (3н-0458/99).

 

Жилищные  вопросы

 

В течение нескольких лет в практике военных судов периодически возникал вопрос о правомерности действий командования и жилищных органов, которые требовали от военнослужащих, ранее проходивших службу на территории республик бывшего СССР, а затем переведенных для дальнейшего прохождения службы на территорию Российской Федерации, представления справок о сдаче ранее занимаемых жилых помещений. Позиция Военной коллегии по данной проблеме изложена в определении по делу Чурилова, опубликованному в Бюллетене Управления военных судов и Военной коллегии No. 2 (174) за 1999 год. При этом требование командования о представлении Чуриловым справки по форме No. 1 признано правомерным.

Анализ обзоров и справок окружных и флотских военных судов свидетельствует о том, что судами выработан правильный подход к рассмотрению таких дел. Например, военным судом Северного флота принято правильное и хорошо мотивированное решение по делу офицера Шушарина, которое приведено в их информационной справке и доведено до судей Северного флота.

Вместе с тем, поступающие в Военную коллегию запросы показывают, что некоторые судьи, должностные лица органов военной прокуратуры и командования расширительно толкуют решение по делу Чурилова и необоснованно распространяют аналогичный подход на другие категории военнослужащих, к которым он не применим. В связи с изложенным необходимо отметить следующее.

Указанное решение касается той категории военнослужащих, которые проходили военную службу в период существования Союза ССР в других республиках и были обеспечены там жилыми помещениями для постоянного проживания по установленным нормам за счет фондов Министерства обороны СССР и других военных ведомств и которые в последующем перевелись для дальнейшего прохождения службы на территорию Российской Федерации, не сдав при этом занимаемые жилые помещения.

По нашему мнению, военнослужащие этой категории обязаны были при убытии к новому месту службы сдавать занимаемое жилье независимо от того, сохранилось бы оно в собственности Российской Федерации либо перешло в собственность государства СНГ, на территории которого находится. Это вытекает из требований действовавшего на тот период законодательства, предусматривавшего обязательную сдачу военнослужащими жилых помещений при переводе к новому месту службы независимо от происходящих политических процессов, и соглашениями между Российской Федерацией и государствами СНГ, в соответствии с которыми в течение определенного времени в государствах - бывших республиках СССР сохранялся и действовал механизм приема - сдачи жилых помещений.

Военнослужащие, которые в нарушение существующего порядка не сдали в тот период занимаемые жилые помещения, а распорядились ими по своему усмотрению, фактически реализовали свое право на бесплатное получение государственного жилья. Таким образом, Российская Федерация как правопреемник Союза ССР каких-либо обязательств перед такими военнослужащими по бесплатному предоставлению им жилья, помимо служебного, нести не обязана.

Противоположная позиция, основанная на том, что юрисдикция Российской Федерации распространяется только на территорию России, вряд ли является правильной применительно к рассматриваемой категории военнослужащих, поскольку они не поступили на военную службу в воинские формирования Российской Федерации, а были переведены для дальнейшего прохождения службы из воинских формирований бывшего Союза ССР с сохранением выслуги лет, прав и льгот, установленных ранее законами и другими нормативными актами бывшего Союза ССР, что закреплено в статье 1 Соглашения между государствами - участниками Содружества Независимых Государств "О социальных и правовых гарантиях военнослужащих, лиц, уволенных с военной службы, и членов их семей" от 14 февраля 1992 года. Поскольку указанные военнослужащие в период военной службы обеспечены жильем на территории государств - участников СНГ и сами изъявили желание сохранить его за собой либо за членами своих семей, то оснований полагать, что их право на получение жилья осталось нереализованным, не имеется.

Что касается военнослужащих, поступивших на военную службу в воинские формирования Российской Федерации после распада Союза ССР, то им жилые помещения должны предоставляться по месту службы в соответствии с российским законодательством независимо от наличия или отсутствия у них жилых помещений за пределами России.

В настоящее время наибольшие затруднения у судей вызывает вопрос о том, имеют ли право военнослужащие, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, нуждающиеся в улучшении жилищных условий и подлежащие увольнению с военной службы по возрасту, в связи с оргштатными мероприятиями или по состоянию здоровья, на внеочередное получение жилых помещений.

В обзоре по жалобам за 1998 год изложена позиция Военной коллегии о необходимости удовлетворения жалоб таких военнослужащих, если они просят предоставить им жилье и произвести увольнение с военной службы. В соответствии с п. 4 ст. 37 Жилищного кодекса РСФСР вне очереди жилые помещения предоставляются не только тем категориям граждан, которые перечислены в этой статье закона, но и в других случаях, предусмотренных законодательством.

Увольнение указанных военнослужащих, вопреки требованиям ч. 1 ст. 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих" без предоставления жилых помещений, является нарушением закона. Следовательно, для восстановления нарушенных прав этим лицам должны быть созданы все условия для скорейшего получения жилья. Установление порядка обеспечения военнослужащих жильем находится в ведении министерств и ведомств, в которых они проходят службу.

Например, в Инструкции о порядке обеспечения жилыми помещениями в Вооруженных Силах Российской Федерации содержится положение о том, что указанным военнослужащим при увольнении с военной службы жилые помещения предоставляются вне очереди.

Вместе с тем, судам следует иметь в виду, что согласно ст. 33 ЖК РСФСР жилые помещения предоставляются гражданам в порядке очередности, исходя из времени принятия их на учет и включения в списки на получение жилых помещений. Граждане, имеющие право на первоочередное и внеочередное предоставление жилых помещений, включаются в отдельные списки. Таким образом, указанные военнослужащие должны обеспечиваться жильем по спискам внеочередников, исходя из времени включения их в эти списки. Поэтому они имеют преимущество перед другими категориями военнослужащих и внеочередниками, включенными в отдельные списки позднее их. Преимуществом перед другими внеочередниками, принятыми на учет и включенными в соответствующие списки ранее, они не пользуются.

В тесной связи с рассмотренным находится и вопрос о том, имеют ли такое же право на получение жилых помещений в льготном порядке военнослужащие, настаивающие на досрочном увольнении с военной службы в связи с существенным и систематическим нарушением в отношении них условий контракта.

Точное выполнение требований ч. 3 ст. 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" предусматривает признание за такими военнослужащими права на обеспечение жилыми помещениями в льготном порядке.

Согласно п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих" при досрочном увольнении военнослужащих с военной службы по их желанию в связи с нарушением в отношении них условий контракта они по основаниям и в порядке, предусмотренном п. 1 ст. 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих", должны обеспечиваться жилыми помещениями как увольняющиеся в связи с организационно - штатными мероприятиями.

Такие военнослужащие не могут приравниваться к тем, кто увольняется по собственному желанию. Речь идет о существенном или систематическом нарушении их законных прав (в том числе и необеспечение их жильем), предусмотренных контрактом о прохождении военной службы, в результате чего они вынуждены уволиться. Военнослужащий по своему усмотрению может одновременно потребовать реализации всех своих прав, которые оказались нарушенными. Возникновение такой ситуации не должно ставить суды в затруднительное положение. В соответствии со ст. 18 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием. Поэтому, несмотря на предвидение серьезных трудностей с исполнением, суды обязаны принимать решения о восстановлении всех прав заявителя о которых он просит.

При рассмотрении жалоб военнослужащих по поводу увольнения с военной службы без предоставления жилья судам следует помнить, что военнослужащего, увольняемого с военной службы, никто не вправе ограничивать в праве на выбор места жительства. На это обращалось внимание в Бюллетене Управления военных судов и Военной коллегии Верховного Суда РФ No. 2 (174) за 1999 год (определение Военной коллегии от 25 марта 1999 г. No. 1н-455/98 по делу Стрелкова).

 

Увольнение в запас военнослужащего, достигшего предельного возраста пребывания на военной службе, без предоставления жилого помещения признано законным, поскольку он не утратил право на ранее имевшееся у него жилье и обоснованно не был признан нуждающимся в улучшении жилищных условий.

Жилищной комиссией Юрьеву отказано в постановке на учет как нуждающегося в улучшении жилищных условий. По приказу МО РФ в 1998 году он уволен с военной службы в запас по достижении предельного возраста.

Считая, что он не мог быть уволен с военной службы без обеспечения его и членов его семьи жилым помещением по нормам, установленным законодательством, Юрьев обратился с жалобой в военный суд Ростовского-на-Дону гарнизона.

В судебном заседании установлено, что Юрьеву в 1993 году была выделена трехкомнатная квартира в г. Ростове-на-Дону жилой площадью 40,3 кв. м, общей площадью 69,1 кв. м.

После расторжения брака в 1997 году Юрьев в апреле 1998 года заключил новый брак.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что на момент увольнения заявителя нанимателями указанной квартиры являлись три семьи (сам Юрьев, его бывшая супруга и ее отец). Юрьев со своей семьей (супругой и ее дочерью) был вынужден проживать в другом месте на условиях поднайма, поскольку другие наниматели чинят ему препятствия в проживании в квартире.

Такие выводы сделаны с учетом состоявшихся судебных решений народного и областного судов о вселении Юрьева в выделенную ранее квартиру и отказе в заключении с ним отдельного договора найма жилого помещения.

Военный суд гарнизона в своем решении указал, что супруга Юрьева с дочерью своего жилья не имеют, его строительства не ведут, и в какой-либо очереди на улучшение жилищных условий не состоят. По этим основаниям суд признал Юрьева и его семью нуждающимися в улучшении жилищных условий, в том числе и с учетом права заявителя на дополнительную жилую площадь, а увольнение его с военной службы - незаконным.

Военный суд Северо - Кавказского военного округа оставил это решение без изменения и в своем определении отметил, что проживание в трехкомнатной квартире, ранее выделенной Юрьеву, трех самостоятельных нанимателей является особо значимым обстоятельством для вывода о нуждаемости заявителя в улучшении жилищных условий.

При этом суд второй инстанции пришел к выводу, что новая супруга Юрьева, зарегистрированная с дочерью в квартире родителей, но не проживающая в ней, в соответствии со ст. 60 Жилищного кодекса РСФСР утратила право на жилое помещение в связи с образованием новой семьи.

На указанные судебные решения председателем Военной коллегии принесен протест, в котором ставился вопрос об их отмене по следующим основаниям.

Из материалов дела усматривается, что в 1987 году Юрьеву на семью была предоставлена 3-комнатная квартира в г. Волгограде.

Эту квартиру при переводе по службе и получении 3-комнатной квартиры в г. Ростове-на-Дону в 1993 году Юрьев не сдал, оставив дочери и родителям супруги.

В соответствии с Положением "О порядке постановки на учет граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий и предоставления жилья в г. Ростове-на-Дону" нуждающимися в улучшении жилищных условий признаются граждане, занимающие общую площадь менее 10 кв. м.

Согласно имеющимся данным, на момент рассмотрения дела обеспеченность общей площадью Юрьева, его бывшей супруги и ее отца в квартире с тремя изолированными комнатами составляет по 23 кв. м на каждого проживающего.

В соответствии с п. 11 Правил учета военнослужащих, подлежащих увольнению с военной службы, нуждающихся в улучшении жилищных условий, право военнослужащих и граждан, уволенных со службы, на дополнительную жилую площадь, предусмотренную Федеральным законом "О статусе военнослужащих", не является основанием для постановки на очередь на получение жилых помещений или улучшение жилищных условий.

При определении нуждаемости супруги Юрьева в улучшении жилищных условий судом округа неправильно применена норма части первой статьи 60 ЖК РСФСР, поскольку положения этой статьи, допускающие лишение гражданина (нанимателя жилого помещения или членов его семьи) права пользования жилым помещением в случае временного отсутствия, признаны Постановлением Конституционного Суда РФ от 23.06.95 No. 8-П не соответствующими Конституции РФ и не действующими.

Кроме того, как видно из материалов дела, двухкомнатная квартира, в которой зарегистрирована супруга Юрьева, ее дочь, двое родителей и сестра (всего пять человек), имеет общую площадь 51,7 кв. м, то есть на каждого проживающего приходится также более 10 кв. м.

Не является основанием для признания нуждающимися в улучшении жилищных условий и то, что Юрьев с супругой вынуждены проживать на условиях поднайма, поскольку они имеют другую жилую площадь.

Невозможность совместного проживания Юрьева и его супруги на жилой площади каждого из них также не может быть признана основанием для постановки на учет, поскольку это не предусмотрено действующим законодательством.

Решения народных судов не препятствуют Юрьеву в размене, в том числе принудительном, трехкомнатной квартиры, нанимателем которой он является.

Таким образом, на момент увольнения Юрьева с военной службы оснований для признания его и его супруги нуждающимися в улучшении жилищных условий не имелось.

С учетом этих обстоятельств увольнение заявителя следует признать законным, а его требования о восстановлении на службе и предоставлении жилья - не подлежащими удовлетворению.

Военная коллегия, рассмотрев дело в порядке надзора, согласилась с доводами протеста, отменила состоявшиеся судебные решения и приняла новое об отказе в удовлетворении жалобы (5н-358/99).

 

IV

 

УВОЛЬНЕНИЕ С ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ

 

На военнослужащих, признанных ограниченно годными к военной службе, распространяются все льготы и преимущества, предусмотренные для увольняемых с военной службы по состоянию здоровья.

Офицер Сохань находился на военной службе более 20 лет и уволен в запас по п. "б" ч. 3 ст. 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" (в связи с признанием военно - врачебной комиссией ограниченно годным к военной службе) с выплатой выходного пособия в размере 8 окладов денежного содержания.

Считая, что ему должно быть выплачено выходное пособие в размере 20 окладов денежного содержания, Сохань обратился с жалобой в военный суд Екатеринбургского гарнизона, который признал требование заявителя необоснованным и отказал в его удовлетворении. Военным судом Уральского военного округа это решение оставлено без изменения.

В протесте председателя Военной коллегии ставился вопрос об отмене судебных решений по следующим основаниям.

Суды первой и второй инстанций пришли к неправильному выводу, что Сохань имеет право на получение лишь 8, а не 20 окладов денежного содержания. При этом они сослались на Постановление Правительства РФ от 22 сентября 1993 г. No. 941, согласно которому военнослужащим, уволенным с военной службы по достижении предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно - штатными мероприятиями, выплачивается единовременное пособие в размере 20 окладов, а уволенным по другим основаниям - в размере 40% от установленного полного размера пособия.

В соответствии с ч. 3 ст. 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих" военнослужащим, увольняемым с военной службы по состоянию здоровья, выплачивается единовременное пособие при общей продолжительности военной службы 20 лет и более - в размере 20 окладов денежного содержания.

Вывод суда о том, что увольнение Соханя в связи с признанием его ограниченно годным к военной службе не является увольнением по состоянию здоровья, не соответствует закону.

Военнослужащий, признанный в установленном порядке ограниченно годным к военной службе, согласно пп. "в" п. 8 Указа Президента РФ от 4 января 1999 г. No. 4 "Вопросы прохождения военной службы" имеет право на досрочное увольнение с военной службы по состоянию здоровья (пп. "б" п. 3 ст. 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе"). Эта норма в настоящее время закреплена и в ч. 3 ст. 34 Положении о порядке прохождения военной службы.

Таким образом, на военнослужащих, признанных ограниченно годными к военной службе, распространяются льготы и преимущества, предусмотренные для увольняемых с военной службы по состоянию здоровья.

Рассмотрев материалы дела и признав доводы протеста обоснованными, Военная коллегия отменила состоявшиеся судебные решения и приняла новое об удовлетворении требований заявителя (6н-348/99).

Аналогичным образом должны решаться и вопросы о правах указанной категории военнослужащих на другие льготы, не связанные с денежными выплатами.

 

Увольнение в связи с существенным и (или) систематическим

нарушением в отношении военнослужащего условий контракта

 

На военнослужащих, уволенных с военной службы по пп. "а" п. 3 ст. 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе", распространяются права и льготы, предусмотренные для военнослужащих, уволенных с военной службы в связи с организационно - штатными мероприятиями.

Рассмотрение жалоб этой категории в анализируемом периоде вызывало у судей наибольшие затруднения. Отсутствие практики рассмотрения таких дел и не всегда правильное толкование новых положений закона обусловило значительное количество судебных ошибок.

Одной из проблем, возникшей в практике военного суда - войсковая часть 16666, было решение вопроса о праве военнослужащих, заключивших контракты до вступления в силу Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" от 28 марта 1998 года, на увольнение по пп. "а" п. 3 ст. 51 этого Закона.

При решении этого вопроса необходимо учитывать, что действие Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" в новой редакции в полной мере распространяется и на таких военнослужащих (определение Военной коллегии от 21 января 1999 года No. 4н-508/98 по делу Дрыги, которое опубликовано в Бюллетене Управления военных судов и Военной коллегии Верховного Суда РФ No. 1 (173) за 1999 год).

Представляет интерес решение Военной коллегии по делу Брагина.

Брагин, прослуживший в Вооруженных Силах 25 лет, был досрочно уволен с военной службы в связи с существенным и (или) систематическим нарушением в отношении него условий контракта. Будучи несогласным с приказом об исключении его из списков личного состава части, Брагин обратился в военный суд с жалобой, в который просил этот приказ признать незаконным в связи с нарушением порядка увольнения и обязать командование предоставить ему отпуск по личным обстоятельствам на 30 суток и выплатить единовременное пособие в размере 20 окладов денежного содержания.

Военный суд Московского гарнизона удовлетворил жалобу Брагина и обязал командование выплатить заявителю единовременное пособие в размере 20 окладов денежного содержания и предоставить ему отпуск по личным обстоятельствам продолжительностью 30 суток, установленный действующим законодательством при увольнении военнослужащих в связи с оргштатными мероприятиями.

Военный суд Московского военного округа отменил решение суда гарнизона в этой части и вынес новое решение об отказе в жалобе.

При этом военный суд округа в решении указал, что Брагин имел бы право на получение указанных отпуска и единовременного пособия, если бы он был уволен с военной службы по достижении предельного возраста пребывания на ней, состоянию здоровья или в связи с оргштатными мероприятиями.

В Законе РФ "О статусе военнослужащих" нет прямого указания о распространении вышеперечисленных прав и льгот на военнослужащих, уволенных с военной службы в связи с существенным и (или) систематическим нарушением в отношении них условий контракта (т.е. уволенных по другим основаниям).

В протесте председателя Военной коллегии ставился вопрос об отмене определения военного суда округа по следующим основаниям.

В части 2 пункта 3 статьи 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" указано, что на военнослужащего, уволенного с военной службы по основаниям, предусмотренным подпунктом "а" настоящего пункта (в связи с существенным и (или) систематическим нарушением в отношении него условий контракта) распространяются права и льготы, предусмотренные законодательством РФ о статусе военнослужащих для лиц, уволенных с военной службы в связи с оргштатными мероприятиями. Это подчеркивается и в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих".

Таким образом, военный суд округа, отменяя решение суда гарнизона, допустил ошибку в применении и толковании норм материального права, что является основанием к отмене кассационного определения.

Военная коллегия согласилась с протестом, отменила определение военного суда округа, оставив в силе решение военного суда гарнизона (1н-18/99).

 

По смыслу подпункта "а" п. 3 ст. 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" право военнослужащего на досрочное увольнение с военной службы по данной норме закона возникает только в том случае, когда решение об увольнении принято им под непосредственным воздействием продолжаемых нарушений в отношении него условий контракта. Наличие таких нарушений в прошлом не дает оснований для удовлетворения просьбы заявителя об увольнении.

Офицеры Белоус и Костромин в 1998 году обращались к начальнику военного училища с просьбой о досрочном увольнении с военной службы в связи с несоблюдением в отношении них условий контракта в 1996 - 1997 годах, но им в этом было отказано.

Военный суд Пензенского гарнизона, куда они обратились с жалобами на действия командования, отказал им в удовлетворении их требований.

Решение суда гарнизона было отменено военным судом Приволжского военного округа, принявшим по делу новое решение, по которому начальник училища обязан был уволить Белоуса и Костомина с военной службы в связи с существенным и систематическим нарушением в отношении них условий контракта со стороны Министерства обороны РФ.

В обоснование своего решения суд округа в определении указал, что денежное довольствие Белоусу и Костромину в течение 1996 - 1997 гг. выплачивалось несвоевременно, а денежная компенсация взамен продовольственного пайка не выдавалась с 1996 г.

Признав эти нарушения прав заявителей систематическими, а также сославшись на неправомерный отказ командования выдать Белоусу в 1996 году безвозмездную ссуду на приобретение жилья, суд второй инстанции пришел к выводу о необходимости удовлетворения жалоб офицеров.

В протесте председателя Военной коллегии предлагалось отменить определение военного суда округа.

Из материалов дела видно, указывалось в протесте, что в 1996 - 1997 гг. денежное довольствие Белоусу и Костромину действительно выплачивалось несвоевременно. Однако в 1998 году это нарушение было устранено, и к моменту рассмотрения дела в судах задолженности по выплате заявителям денежного довольствия не существовало.

По делу также установлено, что командованием училища принимались меры к исполнению в отношении заявителей других обязанностей по созданию этим военнослужащим надлежащих условий несения военной службы, в частности, им предлагалось продвижение по службе, положительно решались вопросы обеспечения их жилыми помещениями и другими видами довольствия.

Что касается невыплат денежной компенсации взамен продовольственного пайка, то они продолжались и на момент обращения заявителей с рапортами об увольнении, но, как установлено в судебном заседании, командование предоставляло Белоусу и Костромину возможность получать продовольственный паек в натуре. В соответствии со ст. 14 Закона РФ 1993 г. "О статусе военнослужащих", действовавшего в тот период, выплата указанной компенсации допускалась лишь с разрешения командования части, поэтому отказ в ней и выдача продовольственного пайка в натуре не являлись нарушением условий контракта.

В период же действия Федерального закона "О статусе военнослужащих" 1998 г. заявители не получили эту компенсацию только за один месяц, что не может расцениваться как существенное или систематическое нарушение условий контракта.

С учетом изложенного, указывалось в протесте, имевшие место нарушения прав Белоуса и Костромина в прошедшие годы, которые к моменту судебного разбирательства по их жалобам были в основном устранены, не могут служить достаточным основанием для расторжения с ними контрактов по пп. "а" п. 3 ст. 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе".

Военная коллегия, согласившись с протестом, отменила определение военного суда округа, оставив в силе решение военного суда гарнизона (3н-45/99).

Необходимо отметить, что в практике отдельных судов прослеживается негативная тенденция привнесения в судебные решения второстепенных обстоятельств, не имеющих правового значения, которые используются для более убедительной мотивировки сомнительных, а иногда и незаконных отказов в удовлетворении жалоб военнослужащих. По рассматриваемой категории дел это проявляется наиболее ярко.

Например, военный суд - войсковая часть 16666, рассматривая дело по кассационной жалобе офицера Пилипенко на решение военного суда - войсковая часть 55738 об отказе в его требовании о досрочном увольнении в запас в связи с существенными и систематическими нарушениями условий контракта со стороны Министерства обороны РФ, в определении доводы кассационной жалобы изложил следующим образом:

"Пилипенко, как и в судебном заседании, подробно излагает в жалобе то, какими конкретно положенными средствами он не обеспечивался в течение 1997 - 1998 годов, на какой срок и как часто задерживались выплаты денежного содержания и других видов довольствия, утверждает, что объем задолженности составляет значительную часть в общей сумме предусмотренных для него выплат, что за период службы в академии он практически не обеспечивался вещевым имуществом и не мог получать на складе наборы продуктов, так как по медицинским показаниям нуждался в диетическом питании, а поэтому выплата денежной компенсации взамен продовольственного пайка имела для него важное значение.

В связи с такими нарушениями условий контракта он поставлен на грань нищеты, не может устроить свою личную жизнь и оказывать помощь своей тяжело больной матери, поскольку по закону не вправе заниматься другой оплачиваемой деятельностью".

Признав, что перечисленные выше факты имели место, но тем не менее оставляя решение суда первой инстанции без изменения, военный суд войск пришел к противоречивому и ошибочному выводу об отсутствии нарушений в действиях командования. При этом указанные доводы кассационной жалобы в определении опровергнуты следующим образом:

"Заявление Пилипенко о существенном и систематическом характере нарушений в отношении него условий контракта правильно анализировалось судом не только с точки зрения полноты и своевременности обеспечения его причитающимися средствами, но и в более широком аспекте, в связи с чем выводы суда по данному вопросу отличаются объективностью.

Так, как верно отмечается в решении, офицер Пилипенко в процессе реализации им конституционного права на труд в полной мере обеспечен в академии соответствующей должностью, возможностью в соответствии с собственным выбором повышать свою квалификацию и иметь реальные перспективы для последующего продвижения по службе.

Реализуются командованием академии в отношении Пилипенко его законные права на отдых, бесплатное медицинское обеспечение, бесплатный проезд на транспорте, иные льготы и преимущества в различных областях жизни".

Эти формулировки, по сути прикрывающие отсутствие веских аргументов против конкретных доводов кассационной жалобы, приведены военным судом войск и в справке о практике рассмотрения гражданских дел в качестве положительного примера. Представляется, что это неправильно.

В соответствии со ст. 4 Федерального конституционного закона "О военных судах Российской Федерации" обеспечение и защита прав, свобод и интересов военнослужащих является одной из основных задач военных судов. Руководствуясь этим, суд, в случае установления факта нарушения прав военнослужащего, обязан согласно ст. 239(7) ГПК РСФСР принять только одно возможное решение: об удовлетворении жалобы и восстановлении нарушенных прав заявителя.

 

V

 

ВОССТАНОВЛЕНИЕ НА ВОЕННОЙ СЛУЖБЕ

 

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ No. 9 от 14 февраля 2000 г. "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих" содержатся следующие разъяснения по данному вопросу.

В случае необоснованного увольнения с военной службы военнослужащего до приобретения им права на пенсию за выслугу лет либо без обеспечения его жилым помещением, он на основании пункта 2 статьи 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих" подлежит восстановлению на службе в прежней (или с его согласия - равной или не ниже) должности с возмещением всех причиненных убытков и компенсацией морального вреда. При этом признание военнослужащего не годным по состоянию здоровья к военной службе или достижение им предельного возраста состояния на военной службе не может служить препятствием к принятию такого решения.

В том случае, когда увольнение военнослужащего, проходившего военную службу по контракту, произведено на законных основаниях, однако нарушен установленный Положением о порядке прохождения военной службы порядок увольнения, должно приниматься решение не о восстановлении военнослужащего на военной службе, а только об отмене приказа об исключении этого лица из списков личного состава воинской части, восстановлении непосредственно нарушенных прав и возмещении ущерба. При этом срок, в течение которого восстанавливались нарушенные права, подлежит включению в срок военной службы путем возложения на соответствующее должностное лицо обязанности изменить дату исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части.

В случае, если сам военнослужащий не ставит вопрос об этом восстановлении, выносится решение только об устранении допущенного нарушения.

В настоящее время практика Военной коллегии уже идет по такому пути, отказавшись от принятия решений, обязывающих командование лишь восстановить права уволенного военнослужащего (выплатить деньги, предоставить жилье и т.п.) без восстановления его на военной службе или в списках воинской части.

 

Полное восстановление нарушенных прав военнослужащего, уволенного с военной службы без производства расчета, предполагает восстановление его в списках личного состава части до момента выплаты всех причитающихся сумм.

Принципиальное решение принято Военной коллегией по делу Долгова.

Майор Долгов обжаловал в суд действия командира войсковой части, связанные с исключением его из списков личного состава части в связи с увольнением с военной службы без производства с ним расчета по всем видам довольствия, положенным на день увольнения.

Военный суд - войсковая часть 40825 - удовлетворил жалобу: указанные выше действия командира признал неправомерными, а его приказ в части, касающейся исключения Долгова практика из списков личного состава части, - незаконным и не действующим с момента его издания. Кроме того, суд обязал командира части восстановить Долгова на военной службе, выплатить причитающиеся ему деньги с учетом индексации, а денежную компенсацию взамен продпайка выплатить, исходя из стоимости продпайка, действующей на момент фактической выплаты, после чего исключить заявителя из списков личного состава части.

Военный суд Приволжского военного округа указанное решение изменил, исключив указание об отмене приказа об исключении Долгова из списков личного состава и восстановлении его на военной службе. В остальной части решение суда 1-й инстанции оставлено без изменения.

В обоснование этого суд округа указал в определении, что увольнение Долгова было произведено на законных основаниях и не оспаривалось заявителем, однако при этом не был соблюден порядок увольнения, и это нарушение в полной мере могло быть устранено путем выплаты задолженности с учетом ее индексации и своевременного исполнения судебного решения, а не путем восстановления заявителя на военной службе.

Председателем Военной коллегии принесен протест, в котором ставился вопрос об отмене определения военного суда округа по следующим основаниям.

Согласно материалам дела, Долгову, уволенному с военной службы и исключенному из списков личного состава части, не выплачены: единовременное денежное вознаграждение по итогам 1997 и 1998 годов; денежные компенсации взамен продовольственного пайка, за поднаем жилых помещений, за санаторно - курортное лечение и взамен вещевого имущества; пособие на детей; материальная помощь и выходное пособие.

Вместе с тем, согласно ст. ст. 12, 13, 14, 15, 16 и 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих" указанные выплаты и компенсации установлены для военнослужащих, то есть для лиц, проходящих военную службу. Из этого следует, что перечисленными видами довольствия военнослужащий должен быть обеспечен в период прохождения военной службы, а не после увольнения с нее.

В соответствии с требованиями ч. 3 ст. 66 Положения о прохождении воинской службы офицерским составом Вооруженных Сил, объявленного приказом Министра обороны No. 100 - 1985 г., днем увольнения офицера с действительной военной службы считается день, с которого офицер приказом по воинской части исключается из списков личного состава части. Согласно же ч. 4. ст. 65 Инструкции к указанному приказу "О порядке применения Положения о прохождении воинской службы офицерским составом Вооруженных Сил" увольняемый военнослужащий своевременно и полностью должен быть удовлетворен всеми видами положенного ему на день увольнения довольствия. (Указанные нормативные акты действовали на момент возникновения спорных правоотношений и в период рассмотрения дела судом.)

Поскольку с Долговым на день увольнения не был произведен окончательный расчет, то издание приказа об исключении его из списков личного состава воинской части нарушало требования названных нормативных актов и ущемляло права военнослужащего. В связи с этим суд 1-й инстанции правильно удовлетворил требования заявителя о восстановлении его в списках личного состава воинской части до производства с ним окончательного расчета. Определение же суда 2-й инстанции не устраняло допущенные в отношении Долгова нарушения, о чем он просил в своей жалобе.

Рассмотрев дело в порядке надзора, Военная коллегия согласилась с доводами протеста. Принимая во внимание, что военным судом округа допущено неправильное применение и толкование норм материального права, Военная коллегия отменила определение военного суда Приволжского военного округа и оставила в силе решение военного суда - войсковая часть 40825 о восстановлении Долгова на военной службе до момента производства с ним окончательного расчета (3н-210/99).

Это решение Военной коллегии согласуется с требованиями нового законодательства, в частности с нормами п. 16 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 года No. 1237, в соответствии с которыми военнослужащий, уволенный с военной службы, на день исключения из списков личного состава воинской части должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением. До проведения с военнослужащим всех необходимых расчетов он из списков личного состава воинской части без его согласия не исключается.

 

VI

 

ВОЗМЕЩЕНИЕ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА

 

В обзоре Военной коллегии за 1998 год обращалось внимание на изменение действующего законодательства о статусе военнослужащих, в связи с чем диапазон оснований для возмещения морального вреда по рассматриваемой категории дел существенно сужен.

Это было учтено судьями, и количество судебных ошибок, связанных с разрешением требований военнослужащих о возмещении морального вреда, заметно сократилось.

Однако имеющиеся ошибки теперь чаще всего заключаются в необоснованном отказе в возмещении морального вреда.

Неправильную позицию в этом вопросе занимает военный суд Уральского военного округа.

Так, в кассационном определении по делу подполковника Урецкого этот суд указал о неподсудности военным судам жалоб о возмещении морального вреда, причиненного военнослужащему действиями органов военного управления и воинских должностных лиц. Аналогичное ошибочное утверждение содержится в судебных решениях этого суда и по другим делам.

При рассмотрении в кассационном порядке дела по жалобе полковника Базина военный суд Уральского военного округа отменил решение военного суда Екатеринбургского гарнизона в части взыскания с командира воинской части в пользу заявителя компенсации за моральный вред, поскольку, по мнению суда второй инстанции, военный суд гарнизона неполно исследовал данный вопрос и не указал в решении, какими критериями он руководствовался при определении суммы компенсации.

Представляется, что это решение военного суда округа необоснованное.

В июле 1998 г. командир части отказал Базину в заключении нового контракта и представил его в связи с этим к увольнению с военной службы. Основанием для этого послужил факт рассмотрения аттестационной комиссией обстоятельств задержания Базина сотрудниками милиции в декабре 1997 г. в г. Москве.

Обжаловав эти действия командира в суд, Базин ставил вопрос о компенсации ему морального вреда в сумме 50000 руб. Военный суд гарнизона удовлетворил его жалобу в части других требований в полном объеме, а в части возмещения морального вреда - частично на сумму 3000 руб.

Как установлено судом, и с этим согласился военный суд округа, действия командира части были незаконными. Базин на протяжении всей службы характеризовался исключительно положительно, взысканий не имел, награждался государственными наградами, непосредственный начальник характеризовал Базина как высококлассного специалиста и ходатайствовал перед вышестоящим командованием о заключении с ним нового контракта. Что касается задержания офицера сотрудниками милиции, то оно было связано с применением Базиным газового оружия. По этому факту проводилось предварительное следствие, в результате которого установлено, что на Базина было совершено нападение, его действия по применению газового оружия признаны правомерными, направленными на защиту своей чести и достоинства. В процессе решения вопроса об увольнении Базина и рассмотрения его жалобы судом командир части представлял в различные инстанции порочащие офицера материалы о якобы систематическом злоупотреблении им спиртным и участии в пьяных драках, что целым рядом доказательств было опровергнуто в судебном заседании. Рассмотрение дела судами, а следовательно и конфликт с командованием, длились более двух месяцев, в течение которых Базин бесспорно переживал о том, как сложится его дальнейшая судьба.

При таких обстоятельствах военный суд гарнизона принял законное решение о компенсации морального вреда на сумму 3000 руб., которая вполне соответствует характеру и степени причиненных заявителю моральных потрясений. Считать ее завышенной либо неподтвержденной доказательствами, как это записано в кассационном определении, у военного суда округа оснований не имелось.

Ошибочной представляется и позиция военного суда Ленинградского военного округа, изложенная в справке о практике рассмотрения жалоб военнослужащих, о том, что в случае восстановления уволенных военнослужащих в списках части до полного денежного расчета их требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, поскольку командир при издании приказа об исключении из списков части, на основании которого и производится расчет финансовым органом, не нарушает личные неимущественные права военнослужащего.

Как отмечено выше в V разделе обзора, исключение военнослужащего из списков личного состава части без производства денежного расчета без его согласия не допускается.

В соответствии с п. 11 ст. 38 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" именно дата исключения из списков части считается окончанием военной службы.

Поэтому неправильное определение этой даты может нарушить не только имущественные, но и иные права военнослужащего, причинив ему тем самым моральный вред. В данном случае нарушение прав военнослужащего заключается не в издании командиром соответствующего приказа, а в том, что командир либо не обеспечил его своевременную реализацию, либо, если это оказалось невозможным по объективным причинам, не изменил содержание приказа и дату исключения из списков части на более позднюю, а вынудил военнослужащего добиваться этого через суд. Сам факт отказа в восстановлении очевидного нарушения указанных прав военнослужащего без судебного решения уже дает основания для постановки вопроса о компенсации морального вреда.

Правильный подход к рассмотрению требований таких военнослужащих о компенсации морального вреда в военном суде Приволжского военного округа. Например, при рассмотрении в кассационном порядке дела по жалобе лейтенанта Нуждина, исключенного из списков части без производства с ним расчета, в том числе без выплаты накопившейся ранее задолженности по денежному довольствию, военный суд округа обоснованно увеличил сумму присужденной в пользу заявителя компенсации за моральный вред со 100 до 3500 рублей, мотивировав это тем, что офицер, будучи лишенным еще во время службы в течение нескольких месяцев средств к существованию, по вине командования был вынужден и после увольнения продолжительное время (3 месяца) добиваться восстановления своих бесспорных прав, пока не подал жалобу в суд.

 

VII

 

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

 

По данным обзоров и справок окружных и флотских военных судов, процент отмененных в кассационном и надзорном порядке судебных решений в связи с существенными нарушениями процессуального закона остается весьма высоким.

В основном это рассмотрение дела в отсутствие сторон, не извещенных надлежащим образом о времени судебного заседания; разрешение вопроса о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле; непринятие судом отказа от иска либо признания ответчиком требований заявителя; вынесение решений не по всем вопросам, поставленным в жалобе; вынесение неконкретных решений, исполнение которых ставится в зависимость от каких-либо обстоятельств. Не всегда эти нарушения устраняются судами кассационной и надзорной инстанций на местах. В связи с этим ниже приводятся решения Военной коллегии по делам Симакова и Дегтева, Яковлева и Горбачева. В Бюллетене Управления военных судов и Военной коллегии Верховного Суда РФ No. 2 (174) за 1999 год опубликовано определение Военной коллегии No. 1н-450/98 по делу Шевякова, также представляющее интерес по данной проблеме.

 

Нарушение судом требований ст. 142 ГПК РСФСР о привлечении к участию в деле соответчиков повлекло отмену судебных решений.

Согласно приказу командующего Северным флотом офицеры Симаков и Дегтев уволены с военной службы по пп. "б" п. 1 ст. 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" - по истечении срока военной службы и на основании приказов командира войсковой части 26824 исключены из списков личного состава части без производства окончательного расчета.

В жалобах, поданных в военный суд Заозерского гарнизона, Симаков и Дегтев просили признать такое их увольнение в запас незаконным. Суд, частично согласившись с доводами заявителей, признал действия командира войсковой части 26824 и помощника командира войсковой части 72140 по финансово - экономической работе в части исключения офицеров из списков личного состава незаконными и обязал этих должностных лиц восстановить Симакова и Дегтева в указанных списках по день производства с ними денежных расчетов по денежному довольствию и некоторым дополнительным выплатам. В удовлетворении остальных требований заявителям отказано.

Военный суд Северного флота, рассмотрев дело в кассационном порядке, решение военного суда гарнизона оставил без изменения.

Эти судебные решения были опротестованы председателем Военной коллегии, который ставил вопрос об их отмене по следующим основаниям.

Как усматривалось из жалоб Симакова и Дегтева, они обжаловали не только правомерность исключения их из списков личного состава части до производства окончательного расчета, но также выражали несогласие с избранным им основанием увольнения и просили его изменить, уволив с военной службы в связи с существенным и систематическим нарушением в отношении них условий контракта.

Следовательно, Симаков и Дегтев фактически обжаловали и действия командующего Северным флотом, который своим приказом определил основание их увольнения и вправе был изменить его. Однако суд в нарушение требований ст. 142 ГПК РСФСР данное воинское должностное лицо к участию в судебном разбирательстве в качестве ответчика не привлек, чем грубо нарушил процессуальный закон.

Кроме того, из материалов дела следует, что Дегтевым была также подана в суд жалоба на действия начальника вещевой службы войсковой части 72140 и командира войсковой части 15110, связанные с отказом в выплате денежной компенсации взамен неполученного вещевого имущества. Эта жалоба Дегтева судом рассмотрена не была, указанные в ней воинские должностные лица к делу не привлекались и в судебном заседании не участвовали, необходимые материалы для проверки доводов жалобы не истребовались и в судебном заседании не исследовались. Никакого решения по этой жалобе Дегтева судом не принято.

Рассмотрев дело в порядке надзора, Военная коллегия отменила состоявшиеся судебные решения и направила дело на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции (2н-178/99).

 

Суд второй инстанции при рассмотрении дела в кассационном порядке не вправе по своей инициативе изменять предмет требований, изложенный в жалобах заявителей.

Офицеры Яковлев и Горбачев обратились в военный суд с жалобами, в которых просили обязать начальника Серпуховского военного института Ракетных войск представить их к досрочному увольнению в запас по пп. "а" п. 3 ст. 51 Закона РФ "О воинской обязанности и военной службе", т.е. в связи с существенным и систематическим нарушением в отношении них условий контракта.

Признав жалобы обоснованными, военный суд - войсковая часть 63028 - своим решением обязал начальника военного института выполнить предусмотренные законодательством действия по досрочному увольнению заявителей с военной службы по указанному основанию.

Военный суд - войсковая часть 16666 - решение суда первой инстанции отменил и вынес новое решение, по которому обязал начальника военного института представить рапорты Яковлева и Горбачева с просьбами о досрочном увольнении их с военной службы по команде для решения этого вопроса правомочным должностным лицом.

Однако это решение не соответствует закону.

В соответствии со ст. 195 ГПК РСФСР суд разрешает дело в пределах заявленных истцом требований.

Как видно из дела, Яковлев и Горбачев свое право на обжалование действий командования, связанных с отказом представить их к досрочному увольнению, реализовали путем непосредственного обращения в военный суд. Суд первой инстанции рассмотрел их жалобы по существу. При этом вопрос о необходимости визирования рапортов Яковлева и Горбачева, с которыми они первоначально обращались к начальнику института, вышестоящим должностным лицом, правомочным решать вопрос об их досрочном увольнении, сторонами в заседании не поднимался.

Однако суд кассационной инстанции, отменяя решение, указал в определении на то обстоятельство, что в деле отсутствуют данные об оценке рапортов Яковлева и Горбачева вышестоящим командованием, правомочным решать вопрос их досрочного увольнения с военной службы.

Указанными действиями суд кассационной инстанции фактически по своей инициативе подменил предмет заявленных Яковлевым и Горбачевым требований, что является существенным нарушением процессуального закона, которое влечет отмену вынесенного им определения.

Кроме того, суд второй инстанции не дал правовой оценки выводам суда первой инстанции, относящимся к предмету спора о признании допущенных в отношении заявителей нарушений условий контракта существенными и систематическими.

С учетом изложенного, Военная коллегия отменила определение военного суда войск ввиду существенного нарушения норм процессуального права, а дело направила на новое рассмотрение в кассационном порядке (4н-170/99).

Ошибки, связанные с рассмотрением дел в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле, во многом обусловлены недостаточным знанием судьями изменений процессуального закона, направленных на установление в гражданском процессе принципа состязательности.

Ст. 157 ГПК РСФСР накладывает на суд только три обязанности: первая и главная - надлежащим образом известить лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания; вторая - отложить разбирательство дела, если сведения о таком извещении отсутствуют; третья - при наличии сведений об извещении решить вопрос об уважительности причин неявки и возможности рассмотрения дела по существу или об отложении судебного заседания.

Надлежащее извещение предполагает заблаговременное направление судебных повесток (писем, телеграмм) с тем, чтобы лицо, их получившее, имело реальную возможность прибыть в суд к назначенному времени или направить своего представителя.

Доказательствами о таком извещении являются расписки о вручении повесток, уведомления о вручении телеграмм, копии сообщений с отметками о получении первых экземпляров, а в случаях вызова представителей организаций таковыми могут считаться должным образом оформленные телефонограммы.

При обеспечении надлежащего извещения участвующих в деле лиц закон предоставляет суду широкие возможности по оперативному рассмотрению дел в отсутствии сторон.

Суды зачастую не учитывают, что согласно ч. 3 ст. 157 ГПК РСФСР стороны обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин.

Суд вправе рассмотреть дело в отсутствии ответчика, если сведения о причинах неявки отсутствуют, либо если суд признает причины неявки неуважительными, либо если ответчик умышленно затягивает производство по делу.

Данные нормы закона направлены на понуждение сторон активно участвовать в процессе и на недопущение игнорирования вызовов в суд.

В частности, по мнению Коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ, если у суда имеются данные о надлежащем извещении ответчика о времени и месте судебного заседания, а он не явился и не известил суд о причинах неявки, то дело можно рассматривать без его участия. Если ответчиком является организация, то нахождение ее представителя в командировке или отпуске не должно признаваться уважительной причиной неявки, поскольку в таком случае ответчик не только может, но и обязан направить в суд другого представителя, или просить рассмотреть дело без его участия, наконец руководитель организации при желании сам может прибыть в суд. Это в полной мере относится и к случаям участия в качестве представителей сторон адвокатов: их загруженность по работе и длительное участие в других процессах не является уважительной причиной неявки. Часть 5 ст. 157 ГПК РСФСР прямо предусматривает возможность рассмотрения дела в отсутствие представителя лица, участвующего в деле, независимо от причин его неявки. Подразумевается, что любой представитель может быть заменен стороной, а решение проблем с участием представителя всецело находится в ведении сторон и не входит в обязанности суда.

Некоторые нарушения процессуального закона (глава 16 ГПК РСФСР) допускаются судьями при составлении решений.

Например, военным судом Челябинского гарнизона в решении по делу Вальтера, помимо вопросов, предусмотренных в ст. 197 ГПК РСФСР, указано о прекращении производства по жалобе в части компенсации морального вреда в связи с отказом заявителя от этих требований и о возбуждении уголовного дела по ст. 307 УК РФ в отношении должностного лица военкомата.

Между тем, в соответствии со ст. 165 ГПК РСФСР о принятии отказа от иска суд выносит определение, а порядок возбуждения уголовного дела регулируется нормами уголовно - процессуального закона, что также предусматривает вынесение отдельного процессуального документа.

Военная коллегия обращает внимание, что в настоящее время, после принятия Конституционным Судом РФ постановления от 14 января 2000 года в связи с жалобой гр-ки Смирновой И.П., согласно которому нормы УПК РСФСР, предоставляющие судам право возбуждать уголовные дела, признаны не соответствующими Конституции РФ, суды более не вправе по своей инициативе принимать решения о возбуждении уголовных дел.

К числу часто встречающихся недостатков судебных решений относится их излишняя эмоциональность, что дает повод для обжалования выводов суда и по этим основаниям, а иногда является и прямым нарушением закона.

Например, военный суд Уральского военного округа принял правильное по существу решение об отмене определения военного суда Нижнетагильского гарнизона об отказе в приеме жалобы Романени за ее неподсудностью военному суду и передал дело на новое рассмотрение в тот же суд со стадии принятия жалобы. Однако суд округа, в нарушение требований ст. 314 ГПК РСФСР о недопустимости предрешения судом кассационной инстанции вопросов о том, какое решение должно быть принято при новом рассмотрении дела, в своем определении указал, что изложенные заявителем в жалобе обстоятельства заселения спорной квартиры являются "ущемлением конституционных прав семьи Романени, которое стало возможным вследствие их грубого попрания со стороны заместителя командующего войсками УрВО по строительству и расквартированию войск генерал - майора Синцова В.Д.". Между тем, обстоятельства дела на тот момент еще не были предметом судебного разбирательства и делать какие-либо выводы о законности или незаконности обжалуемых действий, тем более столь категорично заявлять о виновности конкретного должностного лица, суд второй инстанции не имел права.

На стабильность и качество судебных решений большое влияние оказывает работа окружных и флотских военных судов по организации учебы судей, а также по анализу собственной судебной практики и практики нижестоящих судов.

Высоким качеством и глубиной изучения возникающих проблем отличаются обзорные документы Московского и Дальневосточного окружных военных судов, Северного флотского военного суда. В то же время в справках Уральского окружного военного суда, представленных в Военную коллегию, содержатся только статистические данные о рассмотрении гражданских дел без какого бы то ни было анализа судебной практики, хотя из копий, приложенных к справкам судебных решений, усматривается, что потребность в этом имеется.

 

Отдел обобщения судебной практики

Военной коллегии

Верховного Суда

Российской Федерации

 

 


Закрыть ... [X]

Судебная практика по статье 335 УК РФ. Нарушение уставных правил Расходы связанные с полученными займами

Судебная практика в отношении военнослужащих Военная ипотека и судебная практика решения жилищных споров
Судебная практика в отношении военнослужащих Судебная практика существующая по военной ипотеке
Судебная практика в отношении военнослужащих Судебная практика по делам военнослужащих
Судебная практика в отношении военнослужащих Обзор судебной практики
Судебная практика в отношении военнослужащих Ажурные кофточки крючком
Битрикс инфоблоки связанные Вторая жизнь старых вещей Наталия Сверкунова (Попова) Жилет крючком. Более 60 схем вязания жилетов крючком Конкурс образовательных проектов "Свой среди своих" для педагогов Красивые прически для парней 14 лет: интересные модели, виды и отзывы Милый после свадьбы я буду делить с тобой Нормализация отношений в реляционных базах данных Студопедия Подростковые стрижки для мальчиков. Как быть модным в 14, 15, 16 лет?